Вхід
Контакти
Мапа сайту
Телефон:
067 732 6195

Интервью №2 с нашим поступовцем Игорем Быковцом

Зображення користувача totsy.

Поступінформ № 565 (2.10.2014 – 8.10.2014)

1. Вы продолжаете служить в армии и находитесь в зоне АТО?
Сейчас я не в зоне АТО, нашу 72-ю бригаду вывели на переформирование. Мы попали в окружение, были в «самой мясорубке», потеряли всю технику, из окружения вышли почти все, но очень много раненых, и я в том числе. Сейчас идет война артиллерии! Получаем «новую технику», пополнение личного состава и снова на передовую. Наша бригада формируется заново!

Техника, которую мы получаем, – это то, что снято с консервации, и теперь все это приводят в рабочее состояние! Ничего нового из вооружения не выдают. Получаемая военная техника эффективна лишь, когда она в руках специалистов, а у нас в бригаде насущная проблема это отсутствие подготовленных специалистов. С пополнением приходят люди, которые мало что умеют по работе с артиллерией, также отсутствует обучение как таковое.

Нужны элементарные знания, как стреляет гаубица, как вести себя механикам-водителям, а нас только гонят «давай-давай». Я опасаюсь, что людей и технику снова погонят на убой и будет снова бойня, как мы попали под Краснопартизанском! Но тогда у нас в бригаде были обученные люди, однако они не могли стрелять, так как остались без боекомплектов (все выстрелили, а нового не было, были в окружении), также нас в основном расстреливали российские войска, сначала с российской территории, а потом в наглую заехали на нашу территорию. Я очень боюсь повторения этой ситуации, поскольку командование спешит отправить бригаду на фронт, а люди вообще без понимания специфики работы.

Чтобы подготовить артиллериста или наводчика, нужно время и практика, чтобы люди поняли хотя бы сам принцип (высчитывать цели). С пополнением пришли люди из морской пехоты и они как механики-водители подходят, но где брать наводчиков, командиров отделений… А у нас приказ такого-то числа выезжать на передовую.

Командиру нужно поставить галочку, что он подготовил подразделение, а то, что оно не обучено и не боеспособно, никого не интересует! Повлиять на эту ситуацию можно лишь через скандал. Я, как командир отделения, ругаюсь с начальником штаба корпуса, полковником, объясняю, что с такой бригадой на передовую не поеду, так как знаю что это такое – один ответ надо… И в этой ситуации виновным получаюсь только я сам, так как исходя из данной ситуации, саботирую приказ. Задача быстро подготовить отделение, бригаду и выехать на место дислокации, и руководство не интересует, что и как. И получается, что я целый день готовлю технику и людей, а вечером в 22:00 всех строят и начинают «мозги полоскать».

2. Изменилась ли ситуация с продовольственным, материальным и финансовым обеспечением?
Возвращаясь после госпиталя, я вёз все сам и за свои деньги (форма, котелок..) Спасибо спонсорам, купили кевларовую каску, радиостанцию. У нас есть выражение «Если хочешь, чтобы у тебя было что-то нормальное – купи себе сам!». Прошлый раз, когда мы общались, я уже был в окружении и поставки питания прекратились, мы доедали то, что есть, а в последние дни, когда всё закончилось, пришлось есть кукурузу, которая росла рядом в поле.

Сейчас кормят нормально, как для армии (каша с тушенкой). Спасибо Поступу за то, что передали палатку, а то пока было тепло, спали на улице в спальных мешках, а руководство кормит только обещаниями! Бронежилет у меня есть. По поводу того, что выдают ржавое или негодное оружие – да, очень часто бывает, выдают оружие, которое долго лежало на складе и солдат сам его доводит до ума, пристреливает. Оно рабочее, просто почистить нужно и пристрелять! Если после боя оружие пострадало, это твоя вина и тебе нужно его беречь. Но у нас как таковых ближних боев не было, был постоянный обстрел артиллерией, минометами, гранатометами.

За то время, что я был в госпитале и отпуске, не знаю, сколько заплатят, наверное, пару тысяч гривен, так как я не был на передовой. А когда был в зоне АТО, платили 5-6 тыс. гривен. И при этом я всю зарплату тратил на себя, так как надо купить форму, выданная разлазится после недели эксплуатации, обувь, сменку, питание…

3. Был ли у Вас отпуск? Как в госпитале было отношение?
- После госпиталя дали 6 дней отпуска.
После выхода из окружения я попал в госпиталь в Днепропетровск. И меня до слез пробирало отношение людей. Волонтеры раненых бойцов чуть ли на руках не носят. А в Киеве холодное отношение – типа война – это что-то далекое и чужое. В Киеве люди ходят спокойно, как будто это не в Украине происходит. И всем по барабану кто ты, откуда приехал и никому ты не нужен.

4. Сколько времени было отведено на подготовку перед отправкой на фронт? Продолжается ли боевая подготовка сейчас и как часто?
Я пошел добровольцем в марте 2014, а серьезные боевые действия были в мае. Март и апрель мы готовили технику, поскольку то, что получили, было настоящее убожество и металлолом. Сейчас приходят люди и тоже занимаются приведением техники в боевое состояние, но никакой учебы нет, сразу же требуют отправки на передовую. А пацаны совсем не обстрелянные и не знают элементарных вещей, как вести себя в условиях боя. Из нового пополнения пришел молодой пацан на должность начальника корректировки, а он понятия не имеет как обсчитать цель… Пытается выяснить, что происходит и как-то повлиять на ситуацию. Одним словом хаос и маразм. Об учебных стрельбах у нас речь не идет!

5.Насколько адекватны отдаваемые свыше приказы к текущей/складывавшейся ситуации и как это воспринимается солдатами и офицерами?
За все время службы приказы высшего руководства вызывают только раздражение и агрессию. Хотя как таковых военных и боевых приказов не было! Командование занимается каким-то пересчетом людей, всякой ерундой, но только не боевой подготовкой бойцов. Также наше вышестоящее руководство не вернулось после выхода из окружения. Один пошел учиться, второй 3-й месяц в отпуске, кто-то лечится… Все руководство новое. Никто ничего не знает.

6. Требуется ли специальная психологическая подготовка и помощь для участников АТО? По типу политруков?
Есть замполит по работе с личным составом, но я с ним лично еще не общался. Замполит занимается какими-то бумажками, карточками, зарплатами, а воспитательной и психологической работы с личным составом за время работы я не видел. Приезжали психологи и работали с моими коллегами, которые вышли из окружения. Но из нашей батареи в строй вернулось всего 4 человека. Кто-то лечится, кто-то нашел причину не вернуться. Это война. Люди насмотрелись смертей, пережили стресс и немногие изъявляют желание вернуться. Я вернулся, поскольку состою на службе и должен это делать до тех пор, пока не уволят.

7. С кем приходилось воевать – состав, возрастной критерий? И как бы Вы оценили уровень их военного мастерства?
Прямых столкновений с противником практически не было, хоть я и начальник разведки и по роду деятельности приходилось выдвигаться в сторону противника. В основном это война артиллерии.

8. Как в войсках встретили новость о договоренности в Минске по перемирию?
Если бы это перемирие было настоящим, я лично и многие только приветствуют это, поскольку эти смерти и эта война никому не нужны, я этого насмотрелся. От нас требуют соблюдения перемирия, но Россия ничего соблюдать не будет, они же ничего не подписывали. Пока украинские войска стоят, противник передвигается. Это время для передышки. Единственное, что изменилось положительно – это то, что если раньше мы не заходили в города, а стояли в полях и оврагах, а бандиты из ДНР и ЛНР «захватывали» города, то сейчас мы тоже в городах.

9. Как Ваше настроение?
Очень хочется, чтобы этот хаос быстрее закончился, эта война никому не нужна. Очень хочется домой, поскольку за меня тоже волнуются родные и близкие.

Интервью провел Дмитрий Таций,
член ГО «Поступ»

Також у цих матеріалах: